Из книги «Раскрытие секретов даосской алхимии», Чжан Бо-Дуань, Лю И-Мин

      Чжан Бо-Дуань (984-1082) почитается как один из родоначальников даосской внутренней алхимии, а Лю И-Мин (1734–1821) – мастер в 11-м поколении направления Драконовых Врат традиции Полноты Истинного – получил известность как яркий интерпретатор и лучший комментатор этой сложной для понимания эзотерической традиции.
      В книге содержится полный перевод на русский язык общего трактата о языке алхимии «Разрешение сомнений о языке образов» Лю И-Мина и небольшой, но емкий классический текст Чжан Бо-Дуаня «Четыреста иероглифов золотой киновари» с параллельным комментарием Лю И-Мина. В этих работах раскрыто сущностное значение традиционных образов внутренней алхимии и описан весь алхимический процесс получения «золотой киновари», исходя из подлинного понимания, простым и понятным языком. Картина мира в традиционном китайском мировоззрении рассматривается во вступительной статье, общий очерк текстовой традиции «канонов киновари», начиная с Вэй Бо-Яна (II в.), приводится в приложении.

Представители традиции

      Чжан Бо-Дуань (984–1082), даосское прозвище Чжан Пурпурный Ян (Цзы-Ян), почитается как третий родоначальник внутренней алхимии (после полулегендарных бессмертных Люй Дун-Биня и Лю Хай-Чаня) и основатель Южной школы киновари. Родился в почтенной чиновничьей семье и получил добротное конфуцианское образование, позже заинтересовался астрономией, математикой и медициной, также глубоко изучил буддизм и даосизм. Много десятилетий он посвятил чань-буддизму и «канонам киновари», но только в возрасте 80 лет ему случилось встретить своего учителя.
      Главный труд Чжан Бо-Дуаня — «Главы о прозрении истины» (У чжэнь пянь, русский перевод Е.А. Торчинова издан в Санкт-Петербурге, 1994), в традиции «канонов киновари» он почитается на равных со «Свидетельством о Триединстве» (Цань тун ци) Вэй Бо-Яна. В предисловии автор пишет, что создать алхимический трактат его побудили путаница и невнятица, обнаружившиеся в экзегетической литературе, основанной на древних алхимических работах. «Главы» должны были дать реальный шанс людям, действительно стремящимся к знанию. «Четыреста иероглифов» также описывают практику киновари, но в максимально сжатой форме и обобщенном виде. Благодаря краткости и относительной доступности трактат стал чрезвычайно популярен, а так как названия у него не имелось, то он получил известность по теме и количеству иероглифов в тексте — «Четыреста иероглифов золотой киновари» (Цзинь дань сы бай цзы).
      На двадцать строф «Четырехсот иероглифов» было написано много комментариев, в настоящем издании представлена работа 1808 г. Лю И-Мина, который писал в предисловии:

      «Я не смог смириться с тем, что драгоценности дхармы патриархов погребены под спудом, и отрывок за отрывком детально разъяснил, разбив их метафоры-образы, ясно показал, что такое жертвенник, что такое печь, что такое снадобье, что такое огонь, что такое наличие действия и что такое недеяние, проанализировал все иероглифы и разобрал все фразы, ободрал косточку, чтобы показалась сердцевина, раздробил кость, чтобы обнажился костный мозг, и теперь, когда драгоценное содержимое засверкало жемчугом и нефритом, пожалуй, читающему хватит одного взгляда, чтобы более не впадать в заблуждения…»

      Лю И-Мин (1734–1821), прозвища — Старик Нетронутая Простота (Су-Пу Соу) и г-н Прозрение Изначальности (У-Юань-цзы), мастер в 11-м поколении направления Драконовых Врат (Лун мэнь) традиции Полноты Истинного (Цюань чжэнь).
      Школа Полноты Истинного была основана в XII в. и постепенно стала ведущей в даосизме Китая. Часто и не зря ее характеризуют как даосский чань или чаньский даосизм из-за упора на важность медитативных практик, по близости общего настроя, а также благодаря декларируемой синкретичности. С самого начала было провозглашено единство «трех учений» (сань цзяо) — конфуцианства, даосизма и буддизма, а в корпус канонических трудов помимо классических даосских входили махаянская «Сутра сердца праджняпарамиты» и конфуцианский «Канон сыновней почтительности» (Сяо цзин).

      В общем, очень китайское направление, но эпохи не натурфилософской, как при Вэй Бо-Яне, а скорее метафизической. Когда завоеватель Чингисхан по примеру древних китайских императоров пожелал получить эликсир бессмертия, именно представитель школы Полноты Истинного Цю Чу-Цзи (1148–1227) по прозвищу Цю Вечная Весна (Цю Чан-Чунь) при личной встрече честно поведал императору о том, что, хотя их адепты в соответствии с уставом и занимаются изготовлением лекарств, волшебных снадобий не существует, а ключ к бессмертию лежит во внутреннем совершенствовании и приобщении к Дао. Чингисхан его не казнил, а пожаловал в 1224 г. старый даосский монастырь в Яньцзине (совр. Пекин), который до сих пор, правда, уже под другим именем (Бай-юньгуань) остается центром направления Цюань чжэнь и главным монастырем направления Драконовых врат, основателем которого стал Чан-Чунь, а достойным продолжателем Лю И-Мин.

      Лю И-Мин, так же как и Чжан Бо-Дуань, получил традиционное конфуцианское образование и вряд ли обратился к даосизму, если бы не три тяжелые болезни в юности. В 17 лет он был на волосок от смерти и выкарабкался только благодаря снадобью, полученному от лекаря-даоса. С 19 лет он много ездил к разным даосским наставникам и в 22 года нашел своего мастера, Кань Гу из Юйлиня (провинция Ганьсу). Уже будучи даосом и странствуя по всей стране, как и полагалось адепту Полноты Истинного, Лю И-Мин продолжал изучать книги всех трех учений, а затем осел отшельником в Ганьсу. В историю он вошел прежде всего как один из самых выдающихся интерпретаторов даосских классических текстов. Лю И-Мин полагал, что настал тот момент, когда сокрытие даосского учения за эзотерическим туманом приносит скорее вред, чем пользу, и взялся за пересказ алхимических трактатов простым понятным языком. Его комментарии до сих пор остаются непревзойденными по четкости и ясности.


Песня об истинном смысле построчных
комментариев к «четыремстам иероглифам»

1
Истинное намерение пробуждает истинное знание,
Одухотворенное знание также само откликается.
Три соединяются в одну семью,
Мгновенно успокаивая тело и сознание.

2
Зал пуст, но порождает свет —
В покое вновь восстановлен ян.
Собери его и старательно переплавь,
Преобразуется в фиолетово-золотой иней.

3
В отверстии одухотворенности рождается
свет мудрости —
Природа проявляется, пропадают чувства к объектам.
Сияет в ночи ясная жемчужина,
Все вокруг залито безбрежным светом.

4
Суетная природа преобразуется в истинную природу,
Человеческое сознание преобразуется в сознание Дао.
Без закалки духовным огнем
Как из руды выделить золото?

5
Истинное знание и одухотворенное знание,
Эти два — в основе единое ци.
Переплавившись, пройдя через огонь —
Сливаются без малейшего изъяна.

6
В изначальном отверстии роса истинного
и одухотворенного —
Лови момент, принимайся за пестование.
Когда природа и чувство преданы друг другу,
Постоянно порождается материал великой киновари.

7
Есть отверстие пустотной одухотворенности,
Которое прозывается отверстием сокровенной
женственности.
В нем хранятся дух и ци,
Этот исток — корень небесных и земных душ.

8
Одухотворенное знание — квинтэссенция внутри Огня,
Истинное знание — драгоценность в Воде.
Когда иньское ци Огня и Воды исчезает,
Свет яркий и настоящий.

9
Одухотворенное снадобье присуще нам самим,
Что за нужда искать его снаружи?
Сохраняй отклик вечного сияния,
И все вокруг станет лесом драгоценностей.

10
Истинное знание всегда истинно,
Но нуждается в спутнике – одухотворенном знании.
Переплавь посленебесный инь —
Два станут единым целым.

11
Одухотворенное знание любит странствовать снаружи,
Надо контролировать его посредством
истинного знания.
Когда жена следует за мужем,
Кань и Ли помогают друг друга.

12
Чжэнь и Дуй, Кань и Ли —
Это образы квинтэссенции, духа, чувства и природы.
Если узнаешь, как собрать их в одно,
То в одиночестве вступишь на горы
бессмертных Куньлунь.

13
Огненный процесс не привязан ко времени,
Зачем трудиться искать знаки Цзы и У?
Омовение смывает пыль сознания,
Разве здесь знаки Мао и Ю могут быть хозяевами?

14
В чувстве Металла и природе Дерева
Не должно быть отклонения и расхождения.
Когда эти два подобны единому ци,
Из корня одухотворенности цветы
распускаются сами.

15
Так велико, что объемлет пространство,
Так мало, словно зернышко проса.
Если ты спросишь об этом первоистоке —
Это всего лишь единое истинное!

16
Квинтэссенции Неба и Земли, Солнца и Луны
В основе присущи нам всем.
Если в истинном и одухотворенном
не заблуждаешься,
Процессы созидания-преобразования всегда
на твоей ладони.

17
Когда появляется природа, чувство приходится
брать под контроль,
Когда возникает чувство, природа тянет за собой.
Когда их ссоры и битвы закончены,
Тогда, как и раньше, будет прежденебесное.

18
Природа Дерева и чувство Металла сливаются,
Истинное и одухотворенное знания соединяются.
Военной переплавкой и мирным приготовлением
Появляется изящная пагода.

19
Удержание сознания называется омовением,
В вынашивании есть извлечение и добавление.
Каждый миг отвращай опасность —
Углубляя практику, естественно входишь
в сокровенное.

20
Постигнув принцип инь-ян,
Нетрудно сформировать зародыш совершенномудрого.
Рождая ребенка, также порождаешь внуков,
Вечная жизнь не закончится никогда.


Оценка:
Драгоценных записей и одухотворенных письмен —
четыре сотни,
Великое значение охватывает три мира.
Целиком постигнешь тончайший смысл истинного —
Пустишь поток передачи сознания Хай-Чаня.
Слова просты-сжаты и глубоки-мистичны,
Принципы изложены подробно-детально и
полно-завершенно.
Обретая сразу и целиком, завершаешь дело,
Син-Линь благодаря этому стал бессмертным.
Это может быть облачной дорогой
совершенствования Дао
И настоящим кораблем Дхармы для переправы людей.
Изучающий сможет ощутить вкус этого —
И во время зари в огне родится лотос.

      «Четыреста иероглифов золотой киновари» в каждом отрывке соответствуют реальности, в каждой строке демонстрируют истинное. Печь и жертвенник, снадобья, периоды огня, последовательность, деяние и недеяние в удержании и совершенствовании изложены от начала до конца, целиком и полностью. Всего лишь четыреста иероглифов, но постигаешь истинное во всей полноте смысла и познаешь заключенные сокровища без остатка.
      Метафоры и образы я уже разъяснил — разбил скорлупу и показал ядро, раздробил кости и обнажил костный мозг, дабы пролить свет для начинающих изучение и ввести их в правильное Дао. Боюсь лишь, что ученики, не зная, как претворить это в практику, будут практиковать изо всех сил, но не изучив до конца, впадут в заблуждение о великом Дао и, стремясь не к тому, последуют ложным курсом. Потому, дав после текста эти строки объяснений, еще добавляю «24 ключа для изучающих» и «24 секрета Дхармы киновари». Чтобы раскрыть секреты, о которых не говорили древние наставники, формулировки здесь максимально просты, а темы несложны для понимания.
      Если обладающий непреклонной решимостью применит эти ключи и секреты к освоению канонического текста и будет продвигаться по порядку, то изучающий Дао с течением времени неизбежно постигнет Дао, а практикующий Дао в конце концов неизбежно обретет Дао. Так вы не потратите впустую месяцы и годы, устремившись на окольные пути!

О книге подробнее

Читать еще отрывок